Mind on Strike (freedom_of_sea) wrote,
Mind on Strike
freedom_of_sea

Как нужно выполнять приказы. Может пригАдиться.

Делу Ульмана посвящается.

Он внимательно посмотрел в лицо старшему матросу. Отличная у парня
будка -- крепкая, чистая, нет, такой не стукнет. Впрочем, может, как раз
такой и стукнет.



К начальнику сигнальной вахты авианосца "Киев" капитану-лейтенанту
Плужникову подошел один из операторов старший матрос Гуляй.
-- Товарищ капитан-лейтенант, -- сказал он и вдруг как-то замялся,
затерся, словно пожалел, что подошел.
-- Ну что, Гуляй, -- поморщился капитан-лейтенант Плужников, который
считал минуты до окончания вахты и мечтал об увольнении на берег. -- Все в
порядке, Гуляй? -- Офицер уже чувствовал со стороны матроса какую-то
"самодеятельность", так называемую инициативу, чувствовал также, что матрос
уже жалеет о "самодеятельности", но не решается отвалить. -- Отлить, что ли?
-- спросил он Гуляя.
-- Да понимаете, товарищ капитан-лейтенант, -- с нескрываемой досадой
сказал старший матрос, -- объект на приборе.
"Ах ты, падла такая, Гуляй, -- думал Плужников, глядя на светящуюся
"блошку" в углу экрана. -- Ну, какого фера с места сорвался? Что тебе,
паскуда, эта "блоха"? Может, плотик какой-нибудь болтается или ребята
какие-нибудь от нашей армады в Турцию когти рвут. Ну, какого фера...
Придется теперь докладывать командиру, а то еще стукнет этот Гуляй... "
Он внимательно посмотрел в лицо старшему матросу. Отличная у парня
будка -- крепкая, чистая, нет, такой не стукнет. Впрочем, может, как раз
такой и стукнет. Тогда вернулся к своему пульту, связался с командованием,
доложил, как положено: объект, идущий от берега в нейтральные воды, в
секторе фер с минусом и три фера в квадрате...
Начальник вахты корабля капитан первого ранга Зубов дьявольски
разозлился на капитана-лейтенанта. Кто его за язык тянет? Подумаешь, бегут
какие-то чучмеки на какой-нибудь шаланде. У всех классовое сознание в один
день не пробудишь. Бегут, пусть бегут, больше места останется. Не буду
никому докладывать, а Плужникову скажу, что будет отмечен. Рядом с Зубовым
стоял его помощник кавторанг Гранкин и делал вид, что ничего не слышал, лишь
еле заметная улыбка появилась на его лице, обращенном к подпрыгивающим над
силуэтом Севастополя рекламным огням.
"Это он, фидар, психологический тест мне ставит, -- подумал про
Гранкина Зубов. -- А вот сейчас я тебе сам психологическую штуку воткну,
Гранкин-Фуянкин".
-- Доложите командиру, -- приказал Зубов, думая, что Гранкин начнет
сейчас ваньку валять и на том расколется, но тот немедленно включил селектор
и доложил командиру все, что полагается, и скосил, конечно, глазок в сторону
Зубова-- дескать, все нюансы, гребена плать, им, Гранкиным, уловлены.
Командир авианосца контр-адмирал Блинцов в это время находился в
собственной спальне, куда удалился для частного разговора с супругой,
пребывавшей в этот момент по обыкновению на даче в Переделкино. Нужно было
уточнить список покупок в пока еще капиталистическом Севастополе, а главное,
узнать по только им двоим понятным намекам, как там младший сын Слава,
ночевал ли дома или снова "ухилял" на Цветной бульвар к своей "хипне".
И тут этот малоприятный офицер Гранкин проявляет "самодеятельность",
лезет с сообщением о какой-то дурацкой "блохе" в море. Конечно, на таких,
как Гранкин, служба стоит, но личной симпатии эти твари вызвать не могут.
Зубов, тот ходит, как будто на все кладет, но мужик отличный, банку хорошо
держит и талантливый специалист...
Так или иначе, но через пятнадцать минут после сигнала старшего матроса
Гуляя с борта авианосца "Киев" по направлению к "блохе", ползущей в
бескрайнем море, вылетел боевой вертолет, ведомый старшими лейтенантами
Флота СССР Комаровым и Макаровым.
-- Смотри, Толя, -- сказал Комаров. -- Как будто Греция слева, как
будто мифология...
Пустынный мыс Херсонес проплыл слева, после чего они стали круто
забирать в море.
Катер шел споро, временами слегка бухал днищем по небольшой волне, что
накатывала сейчас с юга. Солнце садилось за севастопольские холмы, небо и
море за спинами беглецов горело дивным огнем, и из этого дивного огня
явилась и зависла над катером зловещая стрекоза. Неужто конец, подумал
Антон, сжимая плечи Памелы, неужто в один день конец нам всем, конец
Лучниковым? Жена его тряслась и плакала. Заира закричала, поднимая ладони к
вертолету:
-- Ребята, не трогайте нас! Христа ради, пожалейте нас!
-- Внимание, ложусь крестом, -- деловито сказал Бен-Иван, отполз на
корму, лег на спину и распростер руки, образовав фигуру креста и устремив на
кабину вертолета мощный "отводящий" взгляд. От напряжения у него дергались
нога и голова. Невозмутимым оставался один лишь младенец Арсений.
Два могучих советских человека смотрели на них сверху.
-- Видишь, Толя, какие ребята, -- сказал старший лейтенант Комаров. --
Отличные ребята.
Старший лейтенант Макаров молча кивнул.
-- А девчонки еще лучше, -- сказал Комаров. -- Плюс новорожденный.
Макаров опять кивнул.
-- Смотри, Толяй, они крестятся, -- сказал Комаров. -- У них там
никакого оружия ни фера нету, Толяй. Крестятся. Толька, от нас с тобой
крестом обороняются. Давай, Толька, шмаляй ракету!
-- Я ее вон туда шмальну, -- скачал Макаров и показал куда-то в мутные
юго-восточные сумерки.
-- Ясное дело, -- скачал Комаров. -- Не в людей же шмалять.
Он соответствующим образом развернул машину. Макаров соответствующим
образом потянул рычаг.
-- Але, девяносто третий, -- ленивым наглым тоном передал Комаров на
"Киев", -- задание выполнено.
-- Вас понял, -- ответил ему старший матрос Гуляй, хотя отлично видел
на своем приборе, что задание не выполнено.

Аксёнов. Остров Крым. must read если кто не.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments